Прочитайте, как обстоят дела у сайта Дневников и как вы можете помочь!
×
21:12 

Фанфик запоздалый

SaLLySperrou
Не знаю, существует ли здесь ещё жизнь, но в правилах написано «скидывайте всё, что касается», так что повешу аккуратно на стеночку, пусть будет. Лучше поздно проникнуться этим шикарным фильмом и принести ему дань, чем никогда.

О Берти несчастном замолвите слово

Автор: SaLLySperrou
Бета: Jedi Cat
Пейринг: Красавчик Боб/Берти
Рейтинг: слэш, NC-17, романтика.
ficbook.net/readfic/5240428

Разговор со Стеллой никак не шёл из головы. Берти устало потёр пальцами виски. Проклятая стерва, умеет же с утра испортить настроение! Несчастна в браке она, видите ли! Как будто он в восторге от её присутствия рядом. Но она-то знала, на что шла, придирчиво читала брачный договор, выторговывала себе бонусы красивой жизни, и в тот момент не особенно переживала о детях и любви до гроба.

А вот у Берти не было выбора. Берти просто поставили перед фактом ─ эта фифа с кислой рожей будет твоей женой. И попробуй возрази папаше. Отца Берти боялся. Уже четвёртый десяток разменял, а когда старик смотрел на него своим холодным жабьим взглядом, полным презрения, коленки дрожали. Будто он до сих пор мог схватить сына, швырнуть на пол и выпороть до крови.

Ну да, не повезло Бертраму-старшему с наследником, был бы у него другой отпрыск, наверное, собственноручно закатал бы позорящего его пидора в асфальт. Но Берти, как видно, был послан папаше в наказание за грехи ─ единственный и бракованный.

Впрочем, не будь он геем, папаша наверняка нашёл бы другую причину для недовольства. Но семейный бизнес выше личных эмоций и взаимоотношений. Династия адвокатов с семнадцатого века. И Берти с пелёнок знал, что он обязан идти по стопам отца, деда и прочих пращуров.

Работа ему нравилась. Пожалуй, работа была единственным светлым пятном в его жизни. Берти полностью посвящал себя только делу, а любовь, счастье и прочие сказочные вещи существовали не для него. Это Берти понял в тот вечер, когда отец застал его с Томми, милым пареньком из колледжа, с его первой любовью. Единственный плюс ─ с тех пор папаша брезговал его пороть.

─ Если хоть одна живая душа узнает, что моего сына пялят в зад, я лично тебя кастрирую и выброшу в район для мигрантов, ─ сверкая глазами от ярости, пообещал папаша.

Но напрасно Берти испугался за себя. Конечно, единственного сына Бертрам-старший трогать бы не стал, опасаясь скандала. Неприятности свалились на Томми. Его родители лишились дома, отец угодил в тюрьму, а самого мальчишку турнули из колледжа. Чтобы как-то выжить, Томми вынужден был записаться в армию. И погиб где-то в Ираке.

Второму парню, в которого Берти имел несчастье влюбиться и который, на свою беду, посмел ему ответить взаимностью, повезло ещё меньше. Артур был красивый мужчина, тренер фитнес-клуба. Две недели счастья, а потом клуб Артура сожгли. В завалах обнаружилось его изувеченное тело.

Влияния в городе у папаши было ничуть не меньше, чем у легендарного Ленни Коула. Только благопристойный глава коллегии адвокатов был всегда в густой тени.

Больше Берти никогда и ни с кем не заводил серьёзных отношений. Зато познакомился с коксом, жизнью ночного Лондона и пустился во все тяжкие, чтобы позлить отца. Не может же он поубивать всех лондонских геев. Но случайные любовники сына папашу Берти не интересовали. Единственное требование, что он выдвинул, ─ жена. Чтобы на приёмах и официальных мероприятиях Берти выглядел как викторианский джентльмен под ручку с благопристойной леди. Впрочем, каждый второй на этих тусовках имел те или иные тёмные секреты. И до Берти никому не было дела. Так что Стелла ─ всего лишь очередной подарочек папаши, чтобы отравить ему жизнь.

Надменная, хладнокровная сука. Если до встречи с ней Берти был просто равнодушен к женщинам, то теперь он их практически ненавидел.

Жену, как и отца, бесила, кажется, не столько его ориентация, сколько сам Берти. А его сексуальные предпочтения просто помогали им найти тему для упрёков. Берти же, назло им, пытался выглядеть настолько по-гейски, насколько это возможно. Жеманность, тонны геля для волос, лёгкий макияж, аляпистая одежда. И намёки, постоянные прозрачные намёки на то, кем он является, чтобы видеть их перекошенные рожи. Он мечтал, что Стелла подаст на развод, сбежит от такого отвратительного ей человека, но она только и могла, что выносить Берти мозг.

Хреново было до зубовного скрежета. Берти ненавидел думать о своей жизни. Дунуть бы сейчас «снежка», да через пятнадцать минут заседание, нужна ясная голова. Ну ничего, оттянется на вечеринке.

Берти любил вечеринки. И устраивал их так часто, как мог. Они развлекали, отвлекали. Можно было представить, что у него есть друзья, и эти люди пришли в его дом не просто на халяву ширнуться и побухать. Да и Стелла терялась где-то в толпе и не мелькала перед глазами. К тому же, на вечеринке можно было кого-нибудь подцепить. Если повезёт, даже на пару ночей. Больше нельзя, папаша бдит, да и не бывает на его вечеринках никого, с кем бы хотелось продолжать знакомство дольше двух-трёх перепихов.

Вечеринка шла своим чередом. Но Берти чувствовал, что смертельно устал от всей этой бессмысленной свистопляски, что искусственный праздник уже не приносит даже мимолётной радости. И наркотики не приносят облегчения. От дозы болела голова. А принимать столько, чтобы забить на боль, Берти не решался. Он хотел оставаться собой, какой бы паршивой ни была его жизнь. Ведь что бы ни говорил отец, слабаком он не был, и планировал пережить старого ублюдка, чтобы плюнуть на его могилу.

На этот раз Берти вообще накачивался только виски и разглядывал веселящуюся толпу. Смешные они. И такие свободные. И счастливые в своих нехитрых радостях. Берти цеплялся взглядом за мелькавших в толпе симпатичных мальчиков. Их как будто с каждым годом становилось всё меньше и меньше. Или Берти больше никакого не хотел? Пустого траха ему было уже мало, а ничего большего всё равно не светит. Может, плюнуть на всю эту чушь и заняться, к примеру, разведением цветов, или коллекционированием бутылок из-под виски? На радость папаше и стерве-жене. Ну уж нет! Он им такого удовольствия не доставит! Берти ещё раз осмотрел толпу.

И его бросило в жар от прищуренного взгляда небрежного бритого парня, что трепался с какой-то девицей в углу комнаты. Обжигающий сводящий с ума взгляд. Дерзкий, насмешливый и как будто многообещающий. Нет, не ему, не Берти, а всему миру. И улыбка совершенно бесшабашная, от которой сердце сделало кульбит и забилось, как оса в стакане. Даже плевать, какое у него тело под безобразной дешевой рубахой, впрочем, даже так видно, что и оно не подкачало. То есть подкачано в нужных местах. Да так, что закачаться можно.

Берти тряхнул головой, скидывая наваждение. Ну вот, запал с первого взгляда, давненько подобного не было. Неужели от виски так резко развезло?

Раньше он не видел этого парня у себя в доме. Иначе бы не пропустил. То, что парень ─ гей, Берти чуял за милю, он всегда безошибочно угадывал потенциального партнёра. И плевать, что парень, скользнув по нему взглядом, отвернулся и больше не обращал внимания, продолжая болтать уже с каким-то мужиком. Причём интимно так болтать, пропитывая призывными флюидами всю атмосферу в комнате. Только зря, мужик был, конечно, ничего такой, но не по их части. К нему вон Стелла дефилировала, едва не выпрыгивая из платья. И он явно был не против променять общество красавчика на неё.

Впрочем, Берти плевать хотел, пусть жёнушка делает, что ей заблагорассудится, может, отстанет от него на пару дней. А вот с парнем бы познакомиться поближе. Он хозяин вечеринки или кто? Любой гость должен быть его по его желанию!

Но пока Берти соображал, как бы подкатить с этим заявлением к объекту сегодняшней страсти или хотя бы выяснить, кто он, парень куда-то пропал. Затерялся в толпе.

─ Берти, у тебя сегодня Дикая шайка в гостях? Ну ты рисковый! ─ одна из близняшек Харрис. Какая настоящая вечеринка без них? Лучшие торчки и шлюхи Лондона ─ этим вечеринки Берти славились. Жаль, Джонни Фунт скопытился, тоже любил здесь появляться, с ним было весело.

─ Дикая шайка? ─ переспросил Берти. Конечно, он слышал об этих мелких, но удачливых бандюганах. Адвокат по уголовным делам, как-никак. Но он не помнил, чтобы якшался с ними, и не представлял, чем мог заинтересовать их.

─ Ну вон же, это Мямля, ─ кивнула вторая близняшка на чёрного здоровяка, вальяжно усевшегося на диван в гостиной.

И тут Берти вспомнил, как Стелла заявила накануне, что пригласила на вечеринку несколько крутых парней. Чтобы не зачахнуть с его отбросами. Но как его женушка, прикормленная бухгалтерша русского воротилы, связалась с Шайкой? Впрочем, неважно. Важно то, что Берти сообразил, кем может быть этот горячий паренёк с глазами, полными порока.

Берти никогда не упускал возможности получить желаемое как можно скорее. И уже через минуту приземлился рядом с Мямлей.

─ Я Берти. Это моя вечеринка. А вы, значит, из Дикой шайки? Стелла сказала, что вы опасны. ─ Такие типы любят, когда им делают реверансы.

─ Лично я ─ опасный.

А также любят позёрство. В любой другой день Берти тут же бы кивнул охране, чтобы научили хорошим манерам зарвавшегося хама, который посмел скинуть пепел в бокал хозяина праздника. Да и дымить в доме такую дешевую дрянь при других обстоятельствах он бы не позволил. Но сегодня чёрный увалень может быть полезен.

─ А твой друг? Он тоже из Дикой шайки? ─ красавчик вновь появился на горизонте и трепался с очередной шлюшкой.

─ Ну он из нас самый дикий.

Похоже, лондонские бандиты стали толерантны и демократичны, Берти готов был биться об заклад: паренёк-то и не скрывает, что девочки ему нужны исключительно для бесед. Иначе откуда столько многозначительности в тоне этого цветного? Что ж, время вытащить главный козырь из рукава:

─ Я всё про вас знаю.

─ Да ну? Откуда?

─ Я адвокат по уголовным делам. И я знаю один секрет про ваш район, ─ на это он точно купится.

─ Какой ещё секрет, Берти? ─ Мямля попытался напустить на себя равнодушный вид, но получалось у него плохо, Берти с трудом сдержал улыбку, продолжая играть простачка.

─ Среди вас есть стукач.

─ Как его зовут?

Вот идиот! Или он решил, что Берти уже обдолбан до потери пульса и болтает о таких вещах направо и налево?

─ Надо платить за секреты.

Мямля начал ещё что-то мямлить. Это раздражало, но Берти продолжал свою игру.

─ Я хочу встретиться с… самым диким, ─ многозначительно проговорил он.

Даже недалёкого ума этого увальня хватило, чтобы понять столь прозрачный намёк, и с дивана его как сдуло. Да, стукач им явно весьма интересен. Ну что ж, не всё можно купить за деньги. Дерзких красивых парней покупают и за опасные секреты.

Берти сглотнул, когда красавчик вновь скользнул по нему взглядом, прожигая насквозь. Сердце учащённо забилось. Он уж и не помнит, когда от одного только чужого взгляда у него так билось сердце.

А когда парень ещё и нахально запрыгнул на спинку дивана, нарочно коснувшись плеча Берти, он и вовсе почувствовал себя растерянным смущённым мальчиком, который только что прилюдно признался капитану футбольной команды колледжа в симпатии.

─ Я слышал у тебя есть секрет, и не один, судя по лицу…

Так одуряющее близко. И его голос проникает в каждую клеточку. Берти с трудом нашёл силы оставаться расслабленно-небрежным хотя бы внешне и попытался диктовать свои правила:

─ Я не хочу говорить о работе.

─ Если скажешь, кто информатор, поговорим обо всём, о чём захочешь, ─ жеманно протянул красавчик.

Ему это ужасно не шло. Он переигрывал. Лгал. И почему-то Берти впервые в жизни было не наплевать. Почему-то ему хотелось, чтобы этот грубоватый парень с обжигающим взглядом, пушистыми ресницами и многообещающе развратными губами заинтересовался им самим, а не его возможностями.

─ Раз это информатор, то у тебя должны быть шкурки, доносы.

Ориентируется он быстро и разговор ведёт на своих условиях. Впрочем, привередничать не в положении Берти. Парень ведь не отшил его, а назвал свою цену. Которую Берти может заплатить. И надеяться на честный бартер.

─ Ну надо же, ты не просто красавчик… ─ абсолютно искренне сказал Берти, тоже переигрывая, но он знал, что ему такая манера речи идёт. ─ Откуда у тебя такие глубокие познания?

Красавчик смерил его оценивающим взглядом и приказал:

─ Дай мне мобильник.

─ Что?.. ─ Берти даже растерялся.

─ Дай мне свой телефон, ─ требовательно повторил парень.

Этому голосу хотелось подчиняться. Отдавать всё, что он попросит, делать всё, что прикажет. Конечно, хотелось бы, чтобы он просил что-то интимное и только у Берти… Но если бы он потребовал прямо сейчас чековую книжку, матушкино колье и домик на побережье, Берти всё равно бы не смог отказать. Так и работает их банда? Отправляют мальчика очаровывать наивных богатых геев?

Берти залез во внутренний карман. Послушно достал телефон. Красавчик съехал к нему на диван, почти прижимаясь, но вместе с тем держа дистанцию. Как это у него вышло, Берти оставалось только удивляться. И смотреть на парня вблизи. Так неприлично близко, что сердце вновь пустилось вскачь, а в брюках стало тесно. Очень красивый парень. Если его приодеть, отвести к стилисту, он засияет, как огранённый алмаз. Но он, похоже, специально уродует себя. Впрочем, у него получается плохо, обаяние и природная сексуальность не убираются так легко, как волосы машинкой для стрижки.

─ Ничего так, ─ оценил парень то ли его, то ли телефон. ─ На следующей неделе сходим куда-нибудь, я тебе всё расскажу, ─ опять фальшивым наигранным тоном пообещал он, опалив ядовито-мятным ароматом жвачки. И, вбив свой контакт, отдал телефон обратно, Берти потянулся за аппаратом. Мучительно хотелось коснуться красавчика, хотя бы кончиков его пальцев, настаивать на чём-то большем или требовать сначала горячую ночь в его объятиях, а только потом возможность получить документы он почему-то не смел, не мог заставить себя произнести ни слова. А парень не дал даже такой малости, как мимолётное прикосновение, бросил телефон ему на колени, спустив с небес на землю: ─ В обмен на документы.

И ушёл. Берти даже не посмел ничего возразить, просто взял свой мобильник, чувствуя на нём тепло чужих пальцев, и глупо улыбнулся. Он не влюблялся уже тысячу лет. Имеет же он право совершить такую безумную глупость?

На следующий день Берти знал об интересующем его персонаже всё. Он пролистал дела, которые касались Дикой шайки. Парня звали Роберт. Красавчик Боб, если точнее. Младше самого Берти на четыре года. Вырос в неполной семье, в неблагополучном районе, курировался социальной службой, в юности доставлял проблемы полиции. Бобби был обычным плохим мальчиком лондонских трущоб. С грехом пополам закончил школу. Ошивался пару лет в авторемонтной мастерской, которая периодически фигурировала в делах с угнанными автомобилями. Потом надолго пропал из виду, как видно, прибился к Дикой шайке. И вот всплыл в этом месяце по доносу «Сидни Шоу», судебное заседание с перспективой тюремного заключения на пять лет. То есть у Берти были все шансы встретить Красавчика Боба в зале суда, а не на вечеринке. Впрочем, в зале суда он не позволил бы себе такой слабости, как увлечься этим парнем. Но уголовное дело каким-то чудом потерялось, и случилось как случилось.

Теперь каким-то чудом потеряется часть документов на информатора. На Берти никто и не подумает, у него безупречная репутация. Да и никому не нужны старые копии, которые должны пылиться в архиве.

Ждать следующей недели Берти показалось слишком долго. Какая разница, когда произойдёт свидание? Чем скорее ─ тем лучше, а то Берти думать ни о чём не может, кроме как о нахальных глазах в пушистых ресницах и красиво очерченных пухлых губах.

«Привет, Роберт. Это Берти. Если ты всё ещё хочешь кое-что от меня получить, то жду тебя в гости». ─ Он ввёл адрес своей городской квартиры и отправил смс.

Ответ пришёл почти сразу: «Мы так не договаривались. Обед на следующей неделе».

Но когда парень не сидел в считанных дюймах от него, Берти мог соображать гораздо лучше и чётко осознавать свою выгоду.

«Ужин у меня. Сегодня. Или мы ни о чём не договаривались».

Красавчик Боб ответил через долгих десять минут, когда Берти уж было решил, что ошибся, и у Дикой шайки есть другие способы раздобыть документы, а значит, Бобу вовсе не обязательно с ним встречаться. Но, судя по всему, нет, Берти всё рассчитал правильно, Красавчик Боб любым способом попытается добыть досье на стукача.

«Я приеду».

«К восьми часам. И не опаздывай».

Городская квартира ─ единственное место, где он может отдохнуть от Стеллы и всей своей жизни за ширмой. Берти не любил помпезный дом в элитном районе, поэтому и позволял в нём тусоваться различной полукриминальной швали. И обставлено там всё по вкусу жены. А на городскую квартиру Берти даже любовников приглашал редко, только если молодые люди ему особенно нравились. Как Красавчик Боб. В квартире, наедине с собой или с приятным ему человеком, Берти позволяет себе быть настоящим. Превращаться в самого себя.

Берти уехал с работы пораньше, чтобы подготовиться к встрече гостя, сделать ужин. Он любил готовить, но и этот свой талант старался не афишировать, да и некому было похвастаться. Не Стеллу же угощать. И не мальчиков-стриптизёров.

Красавчик Боб пришёл в начале девятого. Ввалился с недовольным видом. В замызганной толстовке, грязных джинсах, конечно, небритый, но от этого не менее сексуальный. И за это Берти готов был простить ему пренебрежение, с которым он собирался на свидание.

─ Чё за дела, Берти? Я тебе не мальчик по вызову. Какие проблемы с документами?

─ Никаких, ─ улыбнулся Берти. ─ Есть хочешь? Проходи в комнату.

Красавчик Боб настороженно насупился, явно ожидая подвоха, но всё же пошёл вслед за хозяином.

─ Чё, реально ужин? Ты звал меня тупо пожрать? ─ недоумённо воскликнул он, глядя на сервированный стол. Берти даже особой романтики не создавал, ни свечей-сердечек, ни ангелов на бокалах.

─ Ты имеешь что-то против запечённой свинины с овощами? Мне она всегда удавалась особенно хорошо.

Боб выглядел совершенно растерянным. И растерял весь свой боевой настрой.

─ Ты готовил сам? Нафига?

─ Хотел тебя побаловать, ─ совершенно искренне ответил Берти.

─ Я думал, мы просто трахнемся и разбежимся, ─ как-то даже обиженно буркнул Боб, но за стол сел. Скованно, на краешек стула. Было видно, что он не привык к свёрнутым по всем правилам салфеткам, скатертям до пола и армии приборов справа и слева.

─ Ну, насколько я понял, я не особенно тебя привлекаю в сексуальном плане. А тащить кого-то в постель шантажом считаю неправильным. Поэтому мы можем просто посидеть, выпить вина, поговорить, ─ Берти сел напротив, широкий стол сделал расстояние между ними даже чересчур большим. И Боба, кажется, это нервировало, больше, чем если бы Берти уселся к нему на колени.

Берти с интересом наблюдал за гостем. Он вызывал в нём странные чувства. Боб был очень мил в своей показной грубости, наивном невежестве. Был слишком другим, как будто более настоящим. И это привлекало. Берти не отдавал себе отчёта, почему он вдруг решил узнать парня получше и, возможно, никогда не почувствовать, насколько крепкие у него объятия, какие на вкус его губы, и не услышать, как он стонет, когда кончает. Но любовников у него было предостаточно, а мужчину, от одного взгляда которого всё внутри замирает и трепещет, подводить под общий шаблон не хотелось. Быстрый секс, неловкое прощание и больше ни единой встречи. С ним Берти этого мало. Это он понял ещё в первый же вечер, когда увидел Красавчика Боба.

─ Ты выглядишь не так по-пидорски, ─ заметил Боб, разглядывая его.

Берти усмехнулся. Да, он смыл грим и нелепую причёску и в однотонной рубашке и домашних брюках мог сойти за рядового гетеросексуала.

─ Ты тоже, ─ вернул он комплимент.

Красавчик Боб забавно вспыхнул.

─ Да пошёл ты!

─ Ты начал первый, ─ беззлобно парировал Берти, разливая по бокалам вино.

После второго бокала у них даже завязался какой-никакой разговор. В основном говорил Берти, рассказывал забавные случаи из судебной практики. Боб смеялся от души и даже поделился с ним своим недавним страхом, что чуть не попал в тюрьму.

Берти было хорошо. Казалось, что ему достаточно смотреть, как парень с довольным видом уплетает мясо, презрев приборы и облизывая пальцы. И смотрит на него с весёлым удивлением, а не презрительно или с недоверием. Этот ужин не был похож на свидание или на встречу потенциальных любовников, просто два приятеля ведут ни к чему не обязывающий диалог. И поэтому Берти даже не сразу заметил, что Боб бросает на него долгие взгляды и что голос его приобрёл какой-то особый тембр. А затем списал это на две бутылки креплёного красного, что они распили за ужином.

Берти не рассчитывал на продолжение вечера. Конечно, надеялся, мечтал об этом, но всё равно, когда на его вопрос: «Хочешь ли кофе, Роберт?», парень ответил: «А можно тебя?» ─ растерялся. И даже смутился, когда Красавчик Боб, встав со своего места, слишком быстро оказался рядом. И, опаляя горячим дыханием, буквально навис над Берти, вжав его в стул:

─ Как-то вы не выглядите заинтересованным, мистер адвокат. Это даже обидно. Я думал, ты с ума по мне сходишь.

─ Схожу, ─ покладисто согласился Берти, несмело проведя ладонью по колючему подбородку.

─ Так в чём же дело? ─ подставляясь под его ласку, усмехнулся Боб.

И через мгновение выдернул его из-за стола, впечатав носом себе в грудь. Вообще-то Берти был ненамного ниже. Но в физической силе явно уступал мускулистому парню-бандиту и едва не потерял равновесие. Дешёвый одеколон вонял отвратительно, но даже ему не удалось заставить Берти хоть на полдюйма отстраниться от столь желанного идеального крепкого тела. Но он всё ещё не смел даже обнять Боба, даже поднять голову, чтобы посмотреть ему в глаза.

─ Может, ты девственник? ─ продолжал дразнить Боб.

─ Сейчас я тебе покажу, кто из нас девственник! ─ И Берти со всей решительностью притянул его к себе и поцеловал.

Губы у Бобби были мягкие, тёплые, на них остался лёгкий привкус недавнего вина и въедливой мятной жвачки. И хотя он сжал Берти в объятиях так страстно, что, кажется, рёбра захрустели, целовался весьма и весьма посредственно. Берти легко перехватил инициативу и показал, как надо. Он эту нехитрую премудрость освоил ещё в колледже, обычно большинству любовников одного поцелуя с ним хватало, чтобы возбудиться до предела. Особенно таким горячим и нетерпеливым парням, как Бобби. Он немедленно попытался расстегнуть свои джинсы, брюки Берти, чертыхнулся, не справившись с молнией. А затем даже предпринял попытку усадить Берти на стол, за которым они только что ужинали.

─ Не спеши, у нас впереди вся ночь, ─ шепнул Берти, отстраняясь, и потянул парня за собой в спальню. ─ Я предпочитаю секс в кровати, а не в разных экстремальных местах.

Красавчик Боб не спорил, шёл за ним послушно, правда, пытаясь периодически облапить, но Берти был совершенно не против, хотя это и замедляло путь. Он с удовольствием подставлялся под прикосновения, прижимаясь всем телом к будущему любовнику.

К счастью, квартирка была небольшой, и в спальне они оказались быстро. Большую часть одежды потеряли, не дойдя до постели. Не переставая целовать и без того распалённого парня, Берти уронил его на кровать, нависая сверху, проводя ладонями по груди, поджарому животу. Боб был явно дезориентирован, растерян, тянулся за прикосновениями и жмурился от удовольствия. Как будто раньше никто его не ласкал.

Впрочем, насколько бы хорош собой парень ни был, Берти предполагал, что в тех местах, где Красавчик Боб находил себе приключения, любовники особенно-то не заботились друг о друге, и прелюдия не являлась обязательной частью программы. Именно поэтому он хотел всё сделать красиво, качественно, чтобы Боб помнил каждое мгновение этого вечера. Тем более ласкать такое прекрасное тело Берти был готов бесконечно, презрев собственное возбуждение.

Он аккуратно поддел пальцами резинку трусов, вырывая у Бобби выдох облегчения, когда возбуждённый член освободился. Берти тут же накрыл его губами, продолжая ладонями гладить грудь, лёгкими движениями пальцев обводить ареол сосков. Бобби заметался по кровати, пытаясь толкнуться глубже ему в рот и бессвязно ругаясь. Берти провёл языком по всей длине его члена, подразнил головку кончиком языка, с пошлым чмоканьем собрав капли солоноватой смазки. А потом вновь взял в рот целиком. Бобби застонал, вцепился ему в волосы. Но процесс контролировать даже не пытался, позволяя Берти всё. Стоны переросли в какие-то почти жалобные всхлипы.

Берти изловчился, не отвлекаясь от своего занятия, посмотреть в лицо любовнику. Глаза у него были закрыты, а на щеках выступил румянец. Всё закончилось даже быстрее, чем Берти ожидал, хватило одного глотательного движения, как тугая струя спермы ударила ему в горло. Обычно Берти не позволял любовникам кончать себе в рот, но для этого парня решил сделать исключение. А Боб с восторженной улыбкой погладил его по голове, как будто хорошего пса, и откинулся на подушки, закрыв глаза.

─ Даю тебе десять минут, чтобы прийти в себя, ─ шепнул Берти, поднимаясь с кровати. ─ И мы продолжим, я в душ.

Но когда он вернулся, совершив все необходимые процедуры, Красавчик Боб трогательно сопел в подушку, развалившись на всю кровать и сверкая голой задницей. Нахал! Берти несколько минут смотрел на него, испытывая странную нежность. Редко спящий человек был так же гармонично красив, и впервые Берти не собирался будить любовника, требуя внимания к себе. Или Берти совсем сдвинулся на этом парне? Он погасил свет и осторожно устроился рядом, накрывая их обоих одеялом.

Утром Берти разбудил сигнал телефона. Пришло смс. Он, не открывая глаз, потянулся через всё ещё спящего Боба, чтобы посмотреть, кому и что понадобилось в такую рань. Боб что-то пробурчал и перевернулся, перетягивая на себя всё одеяло и уткнувшись в подушку Берти, продолжая выглядеть чертовски трогательным. Берти усмехнулся, надо же, как он вчера вымотал парня одним только минетом.

Он взял телефон и тут же нахмурился. Конечно, это была Стелла. Папаша ей поручил доносить, когда Берти не ночует дома, но хотя бы в этом вопросе они с супругой сошлись в едином мнении, что Берти периодически будет делать ей подарки, а Стелла будет милостиво молчать о его любовных приключениях и отлучках. Вот и сейчас ему пришла картинка, что Стелла желает получить в подарок. Получить она желала как раз картинку.

Берти был сторонником классической школы живописи, и разные абстрактные линии не вызывали у него никаких чувств, а Стелла наоборот считала ─ чем несуразнее, тем лучше, моднее и необходимее ей. Последнее время жёнушка увлеклась живописью и скупала какие-то пугающего вида полотна.

Берти влез в интернет, выяснить, что за мазня ей потребовалась на этот раз, и сколько она стоит. Картинку рисовал какой-то русский гений начала прошлого века, и скончался он, оставив всего-то десяток работ, которые разошлись по личным коллекциям. В частности, к русским же олигархам. Выкупить у кого-то из них эту мазню едва ли представлялось возможным. И Берти раздумывал, как ему поступить.

─ Что за хрень ты разглядываешь? ─ хриплым ото сна голосом спросил Боб, положив подбородок ему на плечо, всматриваясь в экран ноутбука.

─ Да так, подарок для любимой жены выбираю, ─ хмыкнул Берти, закрывая крышку. ─ Раз других утренних развлечений никто мне предложить не может. Да и вечерними обделили.

Его тут же облапили и затащили обратно в кровать. И мысли о Стелле и её причудах отошли на второй план, а потом и вовсе исчезли, когда Бобби подмял его под себя, выдохнув:

─ Я готов исправиться.

─ Подожди, ─ затрепыхался Берти, ─ может быть, душ, завтрак, а потом…

─ Ага… Потом… ─ И Боб потёрся о его бедро своим членом, да ещё и посмотрел в глаза так, что Берти поплыл.

Боб действовал грубовато, но очень решительно.

─ Смазка и презервативы на столике, ─ всхлипнул Берти, когда в него почти на сухую толкнулись пальцы.

─ Ну да, ты же не сторонник экстрима, ─ усмехнулся Боб и, словно делая ему одолжение, недовольно отстранился, пошарив на прикроватном столике. ─ Перевернись, ─ приказал он, обнаружив искомое.

И когда Берти недостаточно быстро отреагировал, сам решительно крутанул его. Берти чувствовал себя безвольной куклой в его руках. И это заводило. Хотя сторонником грубости в постели он не являлся. А Боб вздёрнул его на колени, устраивая для самой пошлой, самой развратной позы. Эту позу Берти, в общем-то, не любил, но когда немного шершавая ладонь прошлась по пояснице, довольно ласково огладила бока, живот и сомкнулась на члене, который тут же отозвался, что он не против любой позиции, только бы хоть что-то произошло, Берти призывно выгнул спину. А Бобби довольно хмыкнул, даже не разогрев в ладони смазку, щедро мазнул ему задницу, бросил упаковку резинки на пол и, не утруждая себя долгой подготовкой, практически сразу одним движением вошёл.

Берти показалось, у него искры из глаз посыпались. Он, конечно, был далеко не монах и считал, что разработан хорошо. Но так резко, после довольно-таки длительного перерыва ─ не было последний месяц у него времени на любовников, а уж тем более так щедро одарённых природой, ему пришлось несладко. Он вскрикнул и даже попытался отползти. Но Боб, кажется, сам понял свою ошибку и замер, успокаивающе поглаживая его по плечам, виновато проговорил:

─ Ты узкий… Я не думал…

─ Что ж ты думал, это тебе чёрная дыра? ─ простонал Берти, уткнувшись лицом в подушку.

─ Ну это… Прости, ─ и его щеки почти невесомо коснулись губы, и то ли Берти уже привыкал к ощущениям, то ли от этой нехитрой ласки стало легче. Бобби не виноват, у него же с нежностями не очень, да ещё и считает его шлюхой.

Но от того, как грудь любовника прижимается к спине и как Боб всё-таки начал размеренно двигаться, осторожно, сдержанно, пытаясь найти нужный угол проникновения, Берти вновь почувствовал себя почти счастливым. И его тело с ним согласилось, когда Боб довольно скоро нашёл правильную позицию и прошёлся членом по нужной точке. Берти выгнуло теперь уже от наслаждения. Боб довольно хмыкнул и, сжав его бёдра почти до синяков, ускорился. Толчки становились сильнее, а наслаждение сквозь боль насыщеннее. Берти уже и сам подавался навстречу движениям. Он слышал, как любовник хрипло дышит, чувствовал, что его кожа стала мокрой от пота. В воздухе витал терпкий запах секса. Берти потерялся во времени и пространстве. Существовала только рука Боба на его члене, только его горячее дыхание и хриплый шёпот, и даже неважно, какие слова он произносил: глупые нежности или грязные ругательства. Берти было хорошо. Так хорошо, как, наверное, никогда. На очередном особо сильном толчке, когда пальцы Боба огладили головку, он и вовсе улетел в другие измерения. Даже не почувствовав, как кончил сам Боб.

Берти не понял, через сколько времени пришёл в себя: через час или через вечность. Но обнаружил, что лежит в кольце крепких рук. Бобби вновь безмятежно спал, опаляя дыханием его затылок. И прижав Берти к себе. Берти бы полежал ещё, наслаждаясь, что его так собственнически обнимают, но тело в присохших следах недавней страсти требовало немедленного душа. А Берти был слишком брезглив, чтобы пренебрегать гигиеной. Он даже позавидовал, что Бобу, кажется, это совсем не мешало сладко спать. Вообще разглядывание спящего Бобби Берти мог уже вписать в свои любимые привычки. Но позволив себе всего несколько минут на это удовольствие, он осторожно выбрался из объятий и отправился в ванную. А затем готовить завтрак.

Красавчик Боб вышел из спальни, когда тосты уже поджарились, а кофе сварился. Он тоже не проигнорировал ванную комнату и благоухал гелем для душа Берти, который шёл ему гораздо больше собственного одеколона, что Берти смог оценить, когда парень обнял его со спины и развернул к себе, чтобы поцеловать. Берти даже растерялся. Как-то по-семейному идиллически выглядело это утро. Как будто бы каждый день этот красавчик целует его в знак приветствия, уплетает завтрак, поблёскивая довольным сытым взглядом, которым всё равно словно облизывает Берти. Оказывается, Берти угадал, какой кофе Боб любит, и что яичницу с беконом ему можно не предлагать, а джем он ест ложкой из банки.

Милый семейный завтрак. О таком Берти мечтал в детстве. Никакой неловкости и сожалений, никакой спешки. Неужели Берти повезло? Наверное, он бы мог полюбить этого парня. Попробовать. Рискнуть ещё раз. И к чёрту отца и Стеллу! И огромную пропасть между ними ─ к чёрту! Ведь Бобби тоже хорошо с ним, он чувствует.

─ Можно, я приду к тебе ещё? − небрежно спросил Боб, продолжая хрустеть тостом. Но смотрел как-то неуверенно и с надеждой.

− Тебе понравилось, как я готовлю? − стараясь скрыть восторженное ликование, улыбнулся Берти.

─ Ну и это тоже… − хмыкнул парень и расплылся в широкой улыбке.

Пока Берти мысленно перелистывал ежедневник, выгадывая, когда у него появится возможность нового свидания, у Бобби запиликал сотовый.

─ Слушаю. Да помню я, Мямля! Уже выдвигаюсь, − отрывисто бросил он в трубку и, засунув телефон обратно в карман, вздохнул с явным сожалением. − Ну я пойду. У меня дела сегодня.

Берти кивнул. Боб поднялся из-за стола, залпом допил кофе и неловко проговорил:

− Ты обещал нам бумаги. Ну, на стукача…

− Точно, прости, сейчас, − Берти тоже поднялся, за всей этой романтикой он уже и забыл обстоятельства знакомства с Бобби. Он нашёл свой портфель, вытащил папку. Компромат выполнил свою функцию. Берти был благодарен этому продавшемуся бандиту, что теперь у него появился такой шикарный парень. И тут Берти увидел, что папка не та. Это документ на завтрашний процесс. Вот чёрт! Значит…

− Бобби, извини, − виновато произнёс он. − Я случайно принёс домой не ту папку, досье осталось в офисе. Я перепутал, отдам в следующий раз.

− В следующий? − Красавчик Боб мгновенно изменился, лицо у него стало жестоким, губы сердито поджались. Безмятежность и утренняя уютность в комнате лопнули, как не бывало. Берти кожей чувствовал глухое раздражение и опасность, исходящие от приближавшегося к нему парня. ─ Ты чё, кинуть меня решил?

─ Нет, что ты! Прости, я же объясняю, − начал вновь оправдываться Берти. − Я спешил, а папки похожи…

─ Ты чё, просто так решил трахнуться с крутым парнем и слиться? ─ Боб навис над ним, излучая угрозу. − Ты нас за лохов держишь?

− Бобби, я ...

− Какой я тебе "Бобби", пидор?! − зло фыркнул он. − Да ты знаешь, что за эти шутки делают с такими, как ты?

Берти словно очнулся. Вот идиот! Напридумывал себе сказку про ласкового мальчика, которому на него не плевать. Потерял голову, расслабился, забыл обо всём. Забыл, кто такой этот Бобби и на что изначально следовало рассчитывать. Ну трахнулся с ним парень, будто для него это что-то значит? Может быть, и подумал, что неплохо бы повторить, да и удобно иметь карманного адвоката в неплохой квартирке, у которого можно пожрать и поспать. А какое ему дело до самого Берти? Стоит ли сейчас перед ним унижаться?

─ А что ж ты, крутой парень, прежде чем поставить меня раком, не потребовал документы вперёд? Или вчера, перед тем, как я тебе отсосал? Ты не особенно жаловался… − усмехнулся он, стараясь загнать поглубже собственные чувства.

Боб вдруг замер, прикусил губу и как будто даже растерялся.

− Ну я думал, ты всё по-честному сделаешь, − буркнул он наконец.

─ Всё будет по-честному, − холодно произнёс Берти. − Я отдам документы. Позвоню днём, скажу, куда подъехать.

Берти шагнул в прихожую, чтобы открыть дверь. И выпроводить гостя, остаться одному, подумать обо всём спокойно, восстановить душевные силы.

Красавчик Боб понуро плёлся следом, силился что-то сказать, он, кажется, совсем запутался, как себя вести.

─ Берти… − даже тронул его за плечо, провёл пальцами по шее.

─ Иди, Роберт, − Берти тряхнул плечом, скидывая его руку. − Я сдержу своё слово, раз пообещал. Оплачу твои услуги.

Парень вспыхнул, схватил его за плечи, дёрнул, разворачивая к себе. Берти посмотрел в его сузившиеся от гнева глаза с вызовом. Боб выругался и приложил его со всей силы спиной к стене возле двери. Берти ахнул, у него потемнело в глазах. И начал оседать на пол. Скорее всего, испуганный взгляд ему показался. Или нет, потому что упасть Бобби ему не дал, подхватил, неловко и как-то жалобно обиженно спросил, почти касаясь губами виска:

− Ну зачем ты?..

− Прости, − устало ответил Берти, отстраняясь и опускаясь на табурет у стены, голова всё ещё плыла. − Я правда всё вам передам. Досадная ошибка.

− Нет, ты прости, − Бобби смотрел на него несчастно виновато, опускаясь рядом с табуретом на корточки. − Прости, я… Понимаешь, ты − законник! Парни же меня не поймут! – он ударил кулаком в стену. − Не поймут, что ты нормальный! Ну, то есть… − он окончательно смешался и замолчал, продолжая смотреть снизу вверх.

Берти погладил его по бритой голове. Надо же! Редко у кого настолько хорошая форма черепа, что идёт даже такая причёска. Но опять он думает не о том. Или, может быть, у него есть шанс? Может быть, не всё так ужасно в жизни? Может быть, Бобби хоть немножко такой, каким Берти хочет его видеть?

− Иди, у тебя же дела, − проговорил он. − Я позвоню, скажу, когда мы сможем ещё встретиться и буду точно с документами. Только не забудь сразу убедиться, что всё по-честному.

Боб улыбнулся и, прежде чем выскочить за дверь, поцеловал его в краешек губ.

Берти проводил его взглядом. Он не знал, кому верить: холодному рассудку, который твердил, почему-то голосом отца, что он идиот и думает только задницей, ищет острых ощущений, или сердцу, которое робко шептало, что надо кому-то верить, надо позволить себе надеяться на любовь.

Берти звонил Красавчику Бобу несколько раз за день, но сначала он был недоступен, потом просто не брал трубку. Берти волновался, переживал, он догадывался, о делах какого рода Бобу напоминал Мямля. И продолжал думать о Бобби, и думать, надо ли ему всё это. Может быть, оставить их единственное свидание первым и последним, отдать документы и забыть о том, что где-то есть Красавчик Боб? К тому же отец всё равно вмешается, да и Стелла, если он заведёт постоянную связь, взбрыкнёт и сумеет испортить ему жизнь. Да и нужна ли Бобби эта постоянная связь? А Берти хватит ещё пары встреч, чтобы вляпаться по самое не хочу и мечтать каждое утро просыпаться с этим парнем в одной постели. Но в этой его реальной жизни подобное невозможно.

Бобби ответил на его звонок только на следующий день. Ни трепетных приветствий, ни оправданий.

─ Это ты, Берти? ─ манерно и неестественно протянул он в трубку.

Опять дурачился? Зачем? Он же не может не понимать, что Берти это не забавляет. Но всё-таки чертовски хотелось его увидеть, Берти уже соскучился. Может быть, пригласить в клуб или куда-нибудь прогуляться. Отдать ему досье, а потом Боб пусть сам решает, как ему быть и в чём он заинтересован. И Берти спросил:

─ Как насчёт куда-нибудь сходить?

─ Как насчёт документов? − живо отозвался Боб.

А у него хороший динамик на телефоне, Берти слышал, как на заднем фоне работает двигатель машины, как кто-то пытается подавить смешок. Берти даже не ожидал, что обида будет настолько сильной. Он для Красавчика Боба всего лишь необходимое дело, Боб даже не считает нужным говорить с ним наедине. Или Берти - тема, на которую можно пошутить с друзьями, педик-адвокат, которого полезно держать под рукой. Конечно, в возможности развлечься парень себе не откажет, но, как он сам сказал, его друзья не одобрят связи члена Шайки с законником. Берти не на что надеяться. Красавчик Боб не воспринимает его всерьёз.

− Ну сегодня я занят, но можно в понедельник, − как можно небрежнее сказал он фразу, которую повторял многим своим настойчивым поклонникам, чтобы отвязаться от них. Прелесть понедельника, что он наступает каждую неделю, а терпение даже самого настойчивого человека недолговечно. Впрочем, Берти сомневался, что Боб будет искать свидание, получив своё. − Бумаги на твоё имя я оставлю секретарю, адрес скину смской.

Берти отключился первым, даже не вслушиваясь в ответ, ужасно не хотелось уловить очередную порцию смеха приятелей парня, которого он мог бы полюбить. Он достал стикер − нарочно голубого цвета, − написал имя и приклеил на папку, убедившись, что в папке именно те документы: досье на Сидни Шоу. Затем самолично унёс конверт секретарше на ресепшен. Пока поднимался обратно в кабинет, набрал адрес, отправил Бобби смс и, не давая себе ни минуты на размышления, удалил его номер из памяти телефона. Он должен понять, что милого паренька Бобби, который спит, касаясь щёк ресницами, который ест джем, зажмурившись облизывая ложку, который смотрит на Берти с весёлой симпатией, ─ не существует, только Красавчик Боб − бандит из Дикой шайки, а с ним у Берти не может быть ничего общего. Всё. История закончена, занавес.

Из лифта Берти вышел уже собранным и отстранённым, выкинув из памяти парня по имени Боб и вчерашнюю ночь. Это было нелегко, но работа прекрасно помогала отвлечься. Берти заставил себя сосредоточиться только на ней. Подготовился к важной встрече, изучил материалы нескольких дел, разобрал несколько новых прецедентов. Поболтал со Стеллой, она позвонила сообщить, что картина ей уже не нужна, приобрела сама, и согласна на платиновую брошь. К чему ей подарки мужа, если, как подозревал Берти, она куда богаче его, оставалось только гадать. И, судя по голосу, Стелла была очень довольна жизнью, а такое бывает, только когда жёнушка заводит хорошего любовника. Ну, хоть кому-то везёт.

Вечером Берти уходил из офиса одним из последних, гораздо позже секретарши, чтобы не оставить себе соблазна поинтересоваться, приезжал ли Бобби. Впрочем, если бы папку не забрали, она бы сказала. Так что окончательный занавес.

Но сразу же, без антракта, Берти угодил на другой спектакль. И теперь вместо романтической драмы ему была предложена семейная трагедия с элементами кровавого криминала. Мало приятного, приехав домой, обнаружить свою, пусть и нелюбимую, супругу убитой. Конечно, Берти перепугался. Для него трупы всегда оставались абстрактными, только как материалы дела, а задушенная Стелла в гостиной была очень даже реальна. Буквально несколько часов назад они разговаривали, и вот - он холостяк. Вернее, вдовец.

Последующие дни были наполнены суетой. Полиция, сыщики, похоронные заботы. Общение с родственниками. Убийцу, конечно, не нашли. Как подозревал Берти, его дорогая супруга намудрила чего-то со счетами русского олигарха. Угрюмый Омович Берти всегда пугал, хоть он и старался не показывать этого Стелле. Впрочем, с полицией своими догадками, что работодатель Стеллы вполне мог уволить её таким образом, Берти не делился, решил не искушать судьбу, а забыть на будущее и об Омовиче, и о Стелле. Её смерть не вызвала никаких эмоций: ни радости − всё-таки быть убитой не заслуживала даже она, ни тем более скорби. Пожалуй, только облегчение, что пресс стал немного легче. Хотя Берти не сомневался, что папаша наверняка решит подобрать ему новую стерву.

Но судьба в своей жестокой манере позаботилась о Берти в очередной раз. Старого тирана свалил сердечный приступ. Да так удачно, что он скончался до того, как приехали медики. И скончался вовремя, потому что выяснилась его причастность к некоторым грязным делишкам Ленни Коула. А как гудел весь Лондон: сам всемогущий Ленни отправился на дно Темзы кормить раков, но часть его связей и некрасивых поступков всплыла.

О том, что у папаши были какие-то общие интересы с Ленни, Берти тоже догадывался и не верил, что сердечный приступ Бертрама-старшего так уж случаен и никто из бывших прихвостней Ленни, заполучивших ныне власть, не наведывался к нему с беседой. Впрочем, Берти было безразлично, этими своими подозрениями он тем более с полицией не делился. Смерть отца избавила его от многих жизненных проблем, впрочем, плясать на могиле родителя Берти не собирался, хоть и не изображал скорбящего сына.

Кончина отца сделала Берти главой коллегии адвокатов. Работы прибавилось в разы, старик тащил на себе много, а не только уголовные процессы, и никого постороннего в свои дела не пускал. Но Берти не собирался заниматься всем сам и планировал найти партнёров, раз уж продолжать семейный бизнес после него будет некому.

Со всеми заботами, что на него свалились, думать о Бобби было некогда. Да и вообще Берти был растерян, получив столько свободы. Возможность не отчитываться о каждом шаге, не оправдываться, не бояться. Спать − с кем хочет, любить − кого хочет. Он отчасти даже порадовался, что удалил номер Бобби, потому что первым желанием, конечно, было разделить свою свободу с ним. Но и сию минутный порыв прошёл. Ведь сам Боб ни разу не позвонил за всё это время. Значит, Берти всё сделал правильно.

Впрочем, сейчас ему было не до личной жизни. Берти фактически дневал и ночевал на работе. Даже квартирку снял неподалёку от офиса. Ночевать в доме, где убили Стеллу и который он и до этого не особенно любил, Берти не мог. А на свою городскую квартиру ехать не хотел, он не был там с того самого вечера. Да и добираться от нового офиса туда было далеко.

Но появиться в квартире всё-таки требовалось, забрать кое-какие вещи. И наконец справившись с основой частью срочных дел, Берти решил поехать домой. Как назло водитель после смерти Стеллы уволился, Берти подозревал, что с ним покойная супруга тоже крутила роман, и парень искренне переживает горе. А нового нанять так и не удосужился. Поехал на такси, которое, конечно же, встало в пробку. Погода на улице выдалась прекрасная, и Берти захотелось прогуляться, он отпустил кэб за несколько кварталов от дома и пошёл пешком.

По дороге его нагнал сосед с верхнего этажа. Холёный мужчина средних лет, он был женат, но Берти видел, что он совсем не прочь завести интрижку с ним. Интрижки с возрастными дядьками его не интересовали, но приятельские отношения с соседом он поддерживал.

− Берти, прими мои соболезнования. Тяжёлый месяц у тебя выдался, − сочувственно проговорил сосед.

Берти благодарно кивнул. Завели пустой разговор о хорошей погоде. Мужчина вновь стал туманно намекать о своём интересе. Они уже подходили к дому, когда от стены в паре шагов от их подъезда вдруг отделилась фигура. В сгущающемся сумраке Красавчик Боб выглядел угрожающе. К тому же в руках он держал завёрнутое в газету продолговатое нечто. Поэтому Берти ничуть не удивился, что от страха сосед вцепился в его плечо и замер.

− Это чё, твой дружок? − Боб преградил им путь.

Берти тоже замер. Нет, Бобби он не боялся, но совсем не ожидал его увидеть.

− Простите? − испуганно переспросил сосед.

− Ты кто такой? Чё те надо рядом с ним? − сердито сверкая глазами, спросил Боб.

− Мы просто соседи, − поспешил его заверить Берти, удивляясь этому ревнивому тону. − Но не понимаю, какое тебе до этого дело?

Сосед, не вдаваясь в подробности его взаимоотношений с парнем, юркнул в подъезд с прытью, несвойственной его солидному виду.

Боб проводил его взглядом, а затем тяжело уставился на Берти.

− Что ты здесь делаешь? − наконец решился спросить тот. Любое решение не быть с Бобби, когда Бобби рядом, казалось полнейшим абсурдом. Хотелось немедленно схватить парня, утащить к себе и запереть в квартире. Раз уж он сам пришёл.

− Ты мне не позвонил в понедельник. И потом тоже не позвонил ни разу, − обиженно выдал Бобби.

− Погоди… Так ты что, на самом деле ждал моего звонка? − удивился Берти.

Бобби ничего не ответил, но смерил его таким взглядом, что Берти бросило в дрожь, а сомнения и надежды вновь всколыхнулись в душе.

− А почему тогда не позвонил сам?

− Не мог, − сердито бросил парень. − У тебя незнакомые номера в чёрном списке. Я пробил.

Берти сглотнул. Действительно, он ведь не хотел, чтобы ему названивали на этот номер. Это же его личный номер для связи с любовниками. Он заблокировал звонки с незнакомых контактов. А номера Бобби в записях нет… Какой же он идиот!

− И ты решил прийти? − растерянно спросил Берти.

Боб молча сунул ему газетный свёрток. Берти с недоумением развернул ─ и потерял дар речи. Букет красных роз! Неровный, помятый букет в старом номере "Таймс", как в упаковке. Не декоративные цветы из салона, которые обычно покупал Берти или которые дарили ему раньше, а подвявшие, как будто запылённые, неказистые розы.

− Ты что, их где-то срезал? − усмехнулся Берти.

− У местной префектуры, − признался Боб.

Берти рассмеялся. А Красавчик Боб насупился, сунул свободные теперь руки в карманы и, не глядя на Берти, небрежно бросил:

− Ну, я пойду.

Берти был совершенно сбит с толку. Но всё-таки догадался окликнуть парня, который действительно развернулся и направился в сторону проспекта.

− Постой, Бобби… Роберт. А ты не хочешь зайти? Подняться ко мне?

Он остановился.

− Мне никогда не дарили такого романтического букета, − продолжил Берти. − И я так и не понял, зачем ты приходил?

− Ну ты же сказал, что можно…

И так чертовски не похож был этот парень на бандита из Дикой шайки, что подкатил к Берти на вечеринке, на циничного манипулятора, которому нужны документы, на злодея, которого Берти пытался возненавидеть. Этот Боб нерешительно отводил глаза, стараясь оставаться невозмутимым, и нервно сжимал кулаки.

− Идём, − Берти открыл подъездную дверь. − Как ты вообще узнал, что я сегодня приеду?

Бобби только неопределённо пожал плечами. И шагнул за ним в холл подъезда. Им навстречу поднялся консьерж. И после церемонных приветствий и сетований, что Берти давно не появлялся дома, спросил:

− Вы заберёте цветы? Правда, те, что были на прошлой неделе, завяли, да и два последних букета не очень хорошо сохранились. Но молодой человек очень настаивал, чтобы я всё передал.

На стойку легло несколько ужасающих газетных свёртков, причём из большинства при малейшем перемещении сыпались сушёные лепестки разных видов и оттенков.

− Я рад, что он вас наконец-то дождался, − с нескрываемым облегчением проговорил консьерж, покосившись на Бобби.

А Боб покраснел и вновь старательно отвёл глаза, чтобы не смотреть на Берти.

Берти с трудом сдержал усмешку, кивнув консьержу:

− Думаю, вы можете выбросить эти гербарии. У меня есть свежий букет.

Тот невозмутимо сгрёб всё куда-то вниз. А Берти потянул своего незадачливого поклонника к лифту.

− Не думал, что ты такой романтик, − улыбнулся он, когда двери закрылись.

Бобби вновь неопределённо пожал плечами, но смущённым больше не выглядел и посмотрел на Берти даже с вызовом.

− Я хотел за тобой поухаживать.

− Возле префектуры теперь, наверное, голый бетон. Или ты проредил клумбы всего района? − продолжал веселиться Берти, и вдруг стёр усмешку, сообразив. − Бобби, ты что, ждал меня здесь с прошлой недели?

Боб вновь передёрнул плечами, прикусил губу, а потом выпалил:

− Ну сначала я думал, ты мне не звонишь, потому что у тебя жена умерла и всё такое. Потом думал, что-то с тобой случилось, пошёл к тебе на работу, но мне сказали, что ты теперь в другом офисе. А где − это курица-секретарша не знает… − он смешался и вновь отвёл глаза. − Вечеринок в твоём доме больше не было. «Снежок» у Куки ты заказывать перестал. И здесь не появлялся… Я хотел было просить ребят, чтобы помогли тебя найти…

Берти был ошеломлён этим признанием. Но, к счастью, лифт приехал на нужный этаж, и немедленно что-то отвечать не пришлось. Он открыл дверь, пропуская гостя. Прошёл в гостиную, сунул свой нелепый букет в вазу, пустую, всё равно цветы и с водой долго не простоят. Бросил пиджак и сумку на диван в гостиной. Завернул на кухню. То, что в холодильнике было съестного, конечно, появления хозяина в первозданном виде не дождалось, и приготовить что-либо не представлялось возможным. Но Берти хотел занять себя хоть чем-то. Ему нужно было подумать.

− Сегодня не смогу тебя ничем угостить, − с растерянной улыбкой проговорил он, оборачиваясь к Бобби, который шаг в шаг повторил его маршрут. − Но мы можем заказать что-нибудь из ресторана.

− Я же к тебе не пожрать пришёл, − усмехнулся Боб.

− А что, потрахаться? − вопрос сорвался прежде, чем Берти успел прикусить язык. Но раз уж начал, отступать поздно. − Вообще, зачем ты пришёл, Роберт? Зачем тебе понадобилось меня искать? Всплыли ещё какие-то документы, которые могу достать только я? Или у тебя с дружками какой-то долгоиграющий план? Чтобы я взялся за чьё-то уголовное дело? Или сливал вам какую-то информацию?

− При чём тут парни? Я пришёл просто, они даже не знают! − воскликнул Бобби. − Просто… − он явно пытался подобрать слова, но потом замолчал и уставился на Берти, выжидательно, как будто просяще, почти гипнотизируя. Видимо, надеясь, что Берти поддастся его обаянию и оставит расспросы. Но Берти хорошо держал себя в руках.

− Ну так зачем? − устало спросил он, опускаясь на стул и глядя на него профессиональным строгим взглядом, как на преступника, которого доставили, чтобы крутой адвокат решил, возьмётся ли за его дело. − У нас ведь нет ничего общего, Роберт. Ты презираешь таких, как я. У нас разный круг общения, разная жизнь, разные морали. Мне сложно поверить, что такой парень, как ты, вдруг проникся ко мне бескорыстной симпатией. Секс у нас, конечно, был классный, но хороший секс ─ это не такой редкий товар в современном мире. Или ты решил найти богатого любовника, а я подходящая кандидатура на эту роль? – Берти подозревал, что нарывается, что вновь разозлит Боба. Но его присутствие будило все запретные мысли и желания, и лучше было выяснить всё сейчас и сразу расставить точки над всеми требующими того буквами. И попрощаться, пока он ещё может слышать здравый смысл.

− Да я, если захочу, сам тебя куплю! − брезгливо скривился Бобби и тихо добавил: − Я не нищеброд. Я даже коплю на будущее… И на колледж…

− Извини. Я ничего такого не имел в виду… − поспешил оправдаться Берти.

Но Боб его прервал, быстро заговорив, словно опасаясь, что не успеет высказать чего-то очень важного:

− Я думал, ты нормальный. Ты отнёсся ко мне по-человечески, мы нормально общались, мне нравилось быть с тобой… Ты раньше не напоминал, кто я есть, не пытался унизить. Когда я однажды был в похожей навороченной квартирке у одного мажористого педика, так он только и делал, что зыркал, как бы я чего не спёр. И только всё закончилось, выставил меня за дверь. Боялся, что пока спит − я его обчищу. И другие в клубах... Им же только бы ноги раздвинуть. Острые ощущения ищут, думают, я рисковый. А ты… С тобой было по-другому. И это не из-за секса. Тем утром я вдруг представил, что мы с тобой всегда так можем сидеть, болтать, пить кофе, потом опять возвращаться в кровать. Что вообще можем уехать куда-нибудь, где тепло, состариться вместе, и у нас будет одна вставная челюсть на двоих. И нам будет хорошо вместе.

Бобби рухнул на соседний стул и, закрыв голову руками, почти простонал:

− Я чёртов слащавый пидор! Вечно говорю какую-то хрень, о которой буду жалеть!

У Берти щемило в груди от нежности, он слушал и не верил. Такого не бывает, только не с ним. Парень его мечты. У него дома. И говорит ему то, что он хотел бы от него услышать. Он не мог сказать ни слова, просто смотрел и улыбался.

− Но ты прав! − Бобби потёр виски и, не глядя в сторону Берти, поднялся на ноги. − Мы разные. Ты законник, тебе незачем связываться со мной. Я понял вообще-то, когда не дозвонился до тебя, что ничего больше не будет. Просто хотел убедиться, что ты в порядке. И сказать спасибо. Те бумаги вытащили нас с парнями из полного дерьма, − он двинулся к двери.

Продолжение не вошло, в комментариях

@темы: фанфики

Комментарии
2017-04-17 в 22:00 

Hizu
Keep calm and drink vodka
очень классно получилось! Неожиданный для меня пейринг)

   

Для особых любителей фильмов Гая Ричи

главная